nelenaa

Category:

Встретила в фб

и не смогла не поделиться.
Кавказцы и алабаи-моя любовь на всю жизнь.
Их у меня было … ну скажем много было.)
И да, характер у них такой, охраняя грохочут и орут,
но любят преданно и нежно.
Этот рассказ затронул что-то в душе моей, сижу и реву. Видимо надо поплакать.🤷🏾♂️
Когда-то давно я подобрала на дороге такого ставшего никому не нужным собакана.
Вспомнила о нем,
а потом цепочкой потянулись воспоминания о годах молодости, когда я была счастлива и несчастлива, но жила так полно и насыщено, что мне до сих пор хватает того драйва.
Рассказ этот разбередил мои воспоминания.
И про собак, и про любовь, и про верность.



Рахман Попов.
Как я бросил пить (ненадолго, впрочем).
Один знакомый буржуй из-за какой-то ерунды повздорил со своим соседом, их участки были разделены забором из сетки-рабицы с крупной ячеей, и тот, который незнакомый, решил отомстить обидчику хитроумным способом - завел себе суку алабая, с тем чтобы она дни и ночи напролет ходила вдоль забора, лаяла, гадила и всячески угнетала внуков знакомого буржуя, что приезжали на выходные пошалить в бане.
Мне поручили обшить забор профнастилом, работы было порядком - свыше девяноста погонных метров. Знакомый буржуй закупил шестиметровые полотна, и мне пришлось их пилить болгаркой поперек. Я посвятил этому первый рабочий день, и соседская собака трудилась без отдыха - лаяла на меня беспрестанно и столь оглушительно, что к вечеру у меня напрочь заложило уши. К вечеру остался последний лист профнастила, было жарко, я снял запотевшие защитные очки, и только было завел болгарку, как собака встала на задние лапы и сотрясая забор передними, выдала лай такой мощности, что у меня дрогнула рука; раскаленная искра вонзилась мне в глаз. Я отбросил болгарку, принялся тереть глаз, боль была нестерпимой, я решил что ослеп и поспешил в больницу, к экстренному окулисту.
Я отсидел очередь с такими же бедолагами и зашел в кабинет. Меня встретила мощная, суровая тетка в белом халате.
- Садись! - приказала она мне.
Я подчинился, водрузил подбородок на штатив, тетка приблизила ко моему лицу какой-то гигантский монокль и принялась разглядывать глаз.
- Сварщик? - спросила она.
- А?
- Да ты еще и глухой. Сварщик, говорю?
- Да, почти.
- Окалина у тебя. Сейчас удалим.
Она убрала монокль, взяла в руку какие-то щипцы, и принялась ковыряться в глазе.
- Матерь божья, - закричал я, - вы мне в глаз что-то воткнули!
- Сиди спокойно...
- Выньте на минуточку, я еще не готов!
- Замолчи... Что за мужики пошли, без предварительных ласк и жить не могут... Вот и все.
Она встала, я тоже поднялся, немного проморгался.
- Спасибо, доктор!
- Нашатырь нужен?
- Нет, все в порядке, - сказал я и пошатнулся.
- Ну иди. И следующего позови...
Я пришел домой, внимательно рассмотрел в зеркальце глаз и отметил выздоровление поллитрой.
На следующий день я вернулся к забору - собака уже поджидала меня. Я уселся напротив нее и мы принялись рассматривать друг друга. А поглазеть было на что: морда уродская, глаза красные, все висит, да и у собаки не лучше, вдобавок из пасти дух хоть и здоровый, но дурной.
- Это все из-за тебя, - сказал я, - из-за тебя вчера праздновал труса. И вообще меня женщины не любят.
Она опять завела свою шарманку, я вставил беруши, но они не помогли. К вечеру я опять оглох.
Дома я обдумал ситуацию, понял, что собака не терпит запаха перегара и решил подзавязать с ежевечерним пьянством. Кроме того, я приобрел коробку рафинада.
Собственно, сахаром я и купил дружбу. Им, да моими задушевными монологами. Я крепил профнастил к стойкам, и день-деньской рассказывал собаке о своих обидах, детских, юношеских, а к середине забора перешел и на взрослую жизнь, никому прежде я не поверял своих тайн, оно и понятно - начни делиться с людьми дерьмом, и они вывалят свое дерьмо на тебя. Собака же лежала напротив меня, не издавая ни звука, внимательно слушая и наблюдая за мной, а я вырезал отверстие в сетке, в конце забора, и особо душераздирающие истории подкреплял кусочком сахара. Собака просовывала в отверстие голову, я ласкал ее, она очень аккуратно брала губами кубик сахара с моей ладони и в благодарность облизывала пальцы. Ее миска с водой часто было пуста, поскольку хозяин постоянно где-то пропадал, и я приучил собаку пить из бутылки. А отлить и покакать собака отходила в дальний угол, так, чтобы не причинять мне неудобств. Я боялся, что от сахара у нее начнется диабет, но работа подошла к концу, осталось прикрепить последний лист, в том месте, где было отверстие. Собака поняла это, а может и давно догадалась обо всем. В очередной раз она просунула голову, мы повторили обязательный ритуал.
- Давай прощаться, - сказал я, - убирай голову.
Собака молча смотрела на меня, прямо в глаза.
- Ну, что же ты?
Она медленно втянула голову, отошла в сторону и отвернулась.
Я закрепил последний лист и нас не стало. Я собрал инструмент и отправился на остановку, и еще долго, ожидая транспорт, слышал ее горестный лай. А когда сел в маршрутку, понял, что не пил уже целую неделю.
Больше я ее не видел, знаю лишь, что после моего ухода она затосковала, стала равнодушна к еде, а по ночам надоедливо скулила. Ничего удивительного - ведь больше не было никого ни для любви, ни для ненависти. Такая собака человеку ни к чему, и хозяин отдал ее на чабанскую точку, километрах в ста от города. Теперь она прозябает там.
А я здесь.

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded